Татьяна Красникова: наука в Арктике требует жизни учёных в постоянных городах
А для этого необходимо, чтобы компании, разрабатывающие месторождения, были готовы вкладываться в арктические населённые пункты
![Татьяна Красникова: наука в Арктике требует жизни учёных в постоянных городах](/upload/iblock/d01/s0205h8w0pketg58qym7o9fltrf62vh7.jpg)
«Есть распространенный тезис, что Арктика – не место для жизни, так как суровые климатические условия негативно сказываются на продолжительности жизни и ее качестве. Его придерживаются те, кто выбирают вахтовую занятость – временную по определению. Ведь, согласно ст. 299 Трудового кодекса, вахтовая работа должна длиться до 1 месяца, в исключительных случаях она продляется до 3-х месяцев. Дальнейшее развитие добывающей промышленности в Арктике вполне может проводиться с опорой в том числе на сеть вахтовых поселков, равно как и полноценных населенных пунктов. Но многие сферы в АЗРФ целесообразнее поддерживать в формате именно полноценной занятости. К таким видам деятельности, требующим полноценной занятости даже в арктических условиях, относится и научная деятельность.
В Арктике развивается не только фундаментальная наука, но и прикладная – именно та, которая разрабатывает технологии, способные сделать арктическую жизнь комфортной, а разработку месторождений – высокоэффективной. И если фундаментальную науку еще можно представить функционирующей на основе удаленно собранной информации, то прикладная наука требует точного понимания проблематики сферы и постоянной обратной связи в ходе пилотной апробации технологий. Чтобы качественно проводить прикладные исследования, нужно «жить ими» в прямом смысле этого слова – ежедневно сталкиваться с теми проблемами, решить которые призвана технологическая разработка, видеть обратную связь при внедрении технологии, получать отзывы о достоинствах и недостатках технологического решения «из первых рук».
Одним из ключевых направлений как фундаментальных, так и прикладных исследований в Арктике является исследование вечномерзлотных грунтов, изменения их состояния, адаптации и разработки технологий строительства на вечномерзлотных грунтах в условиях климатических изменений. В совсем грубой формулировке можно сказать, что ученые должны в прикладных исследованиях ответить на вопросы: «Как сделать, чтобы буровые вышки из-за растепления вечной мерзлоты не падали?» или «Как сделать, чтобы жилые дома, построенные на вечной мерзлоте, эффективно эксплуатировались и от растепления вечной мерзлоты не деформировались?». И интуитивно понятно, что отвечать на эти вопросы полноценно смогут только ученые, не понаслышке знакомые с жизнью в Арктике.
Можно сказать, что научная деятельность – это одна (хотя и отнюдь не единственная, но важная) из видов деятельности, которые требуют того, чтобы в системе расселения Арктики наряду с вахтовыми поселками были полноценные города для постоянного проживания населения. А чтобы такие города развивались, требуется их поддержка со стороны добывающих компаний. Так формируется замкнутый круг:
Необходимость и перспективность разработки месторождений в Арктике очевидна.
Чтобы их разрабатывать, нужны технологии, обеспечивающие эффективность добычи на вечномерзлотных грунтах.
Чтобы иметь эти технологии, нужно, чтобы ученые, которые их разрабатывают, «на кончиках пальцев» знали особенности вечномерзлотных грунтов и их динамики, а это возможно, только если ученые живут в арктических условиях.
Чтобы ученые оставались в Арктике, у них должны быть условия не только для работы, но и для комфортной семейной жизни, должны быть города с привычным набором сервисов (а адекватность технологий строительства жилья и социальной инфраструктуры местным условиям ученые смогут обеспечить).
Чтобы такие города в Арктике стали нормой, нужно, чтобы компании, разрабатывающие месторождения, были готовы в них вкладываться.
Не слишком ли много внимания мы уделяем научным работникам в Арктике, ведь их доля столь незначительна в структуре занятости? Однако, как было показано выше, без науки эффективное освоение Арктики просто невозможно.
В заключение приведу в пример кейс. В городе Игарке Красноярского края в 1930-м году была создана научная лаборатория, преобразованная в 1931 г. в Игарскую научно-исследовательскую мерзлотную станцию (ИНИМС) Института мерзлотоведения Сибирского отделения АН СССР. Сегодня это – Игарская геокриологическая лаборатория Института мерзлотоведения СО РАН. Многолетние исследования здесь позволили сформировать «базу знаний» о вечной мерзлоте, особенностях ее в данной местности, а также о динамике поведения в свете климатических изменений. Да, лаборатория совсем небольшая по численности занятых, но это:
• единственный на сегодняшний день действующий научный центр мерзлотоведения в Красноярском крае (ежегодно проводятся десятки научных исследований, связанных с вечномерзлотными грунтами);
• совместная лаборатория (исследовательская группа) с Институтом леса им. В.Н. Сукачева СО РАН;
• площадка для производственной практики студентов и аспирантов по направлению «Мерзлотоведение» (и смежных направлений) ведущих вузов страны: МГУ, Института мерзлотоведения имени П. И. Мельникова СО РАН; СФУ.
В ближайшем будущем лаборатория может стать центром компетенций по повышению устойчивости инженерных сооружений на нефтегазовых месторождениях севера Красноярского края (в настоящее время проект рассматривается и согласовывается в ПАО «Роснефть»).
Те типы исследований, которые проводятся в лаборатории, подразумевают постоянное проживание на территории. И небольшой город Игарка должен обеспечить сотрудников лаборатории и членов их семей полноценной социальной инфраструктурой, в которую входят: школа, детский сад, учреждения культуры и физической культуры и спорта, сервисные предприятия. Конечно, хочется, чтобы качество инфраструктуры и комфортность городской среды были выше – и есть шанс, что их качество повысится, так как Игарка отнесена к опорным населенным пунктам Арктической зоны России».
Источник – портал GoArctic